( ... )
UPD: К этой размазне эмоций подверстался задним числом эпиграф. Во всей своей эпиграфической посторонности-потусторонности: "Выбирать можно только между лишними вещами". (Сенека). Жизненно важное ты не выбираешь. Это оно выбирает тебя. И когда оно тебя выбирает, ты можешь благоговеть, смеяться, о пощаде просить, а можешь и просто в носу ковыряться, вариативность этих состояний - и есть т.н. жЫзнь: "Человек родится, жемчуг умирает, /И Сусанна старцев ждать должна". (О.М.)
и еще, к вопросу о формах и апперцепции: У любимой Тамары Борисовой о "Маяковском" и его "любви смотреть как умирают дети". http://tamara-borisova.livejournal.com/142657.html#cutid1

iten пишет:
"Сегодня прочитал у Мамардашвили о том, что такое «временить», это значит не заменять впечатление, переживание реактивным действием, хотя очень хочется. Хочется разрешить ситуацию, а не надо это делать, в прямом смысле немедленной реакции, надо побыть в состоянии, «застрять» в переживании смерти, например, как он пишет. «И вот есть две разные вещи: переживание смерти друга, в котором ты застрял, то, что я называл трудом жизни, и есть реактивное разрешение: зачеркивание самого переживания путем действия, в котором якобы это переживание реализуется». Я думаю, что он прав. Хотя бы потому, что несколько человек, переживших смерть близких, перестали здесь писать часто. Письмо –тоже реактивный механизм, разочаровывающий, если так оно не осознаётся. И, конечно, есть разница, насколько я понял, между нахождением в состоянии переживания, как это описано выше и тем, чем это может показаться –анабиозом. Допустим, что касается меня, то я могу сказать, что в случае смерти реактивные механизмы у меня сработали, но мне это дало только временную передышку, а теперь я понимаю, что моя задача –не пытаться отказаться от того, чем на самом деле является моя внутренняя жизнь –а она «медленная», это акт «длительности». Не надо никому ничего говорить. Потому что в разговоре возникает «психология», то есть, формулируется реактивный механизм, а нужна «метафизика».

Недавно я сказал так: нечто, похожее на радость. Почему я так сказал? Оказывается, есть подтверждение. Допустим, о Кафке написали так, в биографии, о том, как он на некоторое время переехал в Берлин и испытал состояние «радости»: «В течение всей жизни он вынашивал план жить в Берлине. И вот наконец он осуществляет свою мечту на грани невозможного, когда любая надежда казалась ему немыслимой, ведь его здоровье продолжает ухудшаться. И тем не менее всякий страх исчез из берлинских писем, он живет в душевном спокойствии, можно сказать достигнутом за пределами отчаяния. Это даже не смирение, но хрупкое и парадоксальное счастье». А вот Мамардашвили говорит о той радости, о которой всегда пишет Пруст: «А теперь наложите на понимание того, что называется радостью у Пруста, модель всеми вами испытанного освобождающего вас страдания, когда вы уже до такой степени страдаете, что уже не конкретные объекты причиняют вам боль, скажем, смерть близкого вам человека или измена близкого человека, а уже вы переживаете какую-то общую суть мира. Вот этот элемент есть во всяком действительном страдании. И тогда у вас есть какое-то ощущение, которое можно передать так; вы как бы ощущаете себя в аду, но презираете своих мучителей, которые вонзают вам вилки в бока или бросают вас в чан с кипятком, вы чувствуете, что они с вами ничего сделать не могут. Вот это есть радость. Или то, что Пруст называет радостью». Я это понимаю".

Я тоже это понимаю.
Тарковский с его запечатленным временем - где-то близко.

little blondy witch - и этот эпитет уже после недельного знакомства... ых...

Читаю тут одну книгу о Тарковском. Собраны рецензии автора на фильмы А.А.Т., интервью с самим, и коллегами-друзьями... Читаю и неожиданное и неприятно для себя раздражаюсь. Будто читаю школьный учебник с литературной критикой... Тарковской стоит весь в позолоте, кокосовой стружке и шоколаде, с вкраплениями зернышек черного перца. Главу под названием "Время и пространство в фильмах Тарковского" прочла со слезами на глазах - размазанные автором сладкие сопли привели в отчаяние.
И меж тем, автор (это ощущается, да, да) - дивная, "тонко чувствующая", искренняя и вся из себя такая поэтичная, влюбленная в А.А.Т. дама. Поэтому не буду называть ни ее имя, ни название книги. Но, Господи, услышь мой глас вопиющего в пустыне. Если наступит день, когда я стану писать о любимых так, распыляя вокруг себя тонны сахарной пудры, и брызжа сладкой сиропообразной слюной на их мраморные барельефы, дай мне лихой подзатыльник.
Пошлость в "любви", поверхностность в обожании, елейное любование, умиленное почитание, сентиментальное миндальничанье... уходите прочь.
Дай Бог любить просто и существенно, прочно и ясно. И писать также. Или никак.

ужасно хочется подраться.
надраться уже не помогает.

Ночь в Сан-Марино.
"Wish you were here" by Pink Floyd у белокаменных стен итальянского Кремля.

День во Флоренции.
Ромео и Джульетта, пытающиеся разрезать помидорку кредитной карточкой (пикник у ног Данте), необыкновенно счастливо смущенные предложением воспользоваться моим ножем.

Black magiс woman, кормящая своего шоколадного дитеныша из баночки какой-то смесью - ощущения сильнее, чем от всех Мадонн, которых я когда либо видела. (ни грамма сентиментальных сюсей-пусей, сплошная метафизика).

фотоаппаратоненавистничество
жирные голуби, разучившиеся летать, научившиеся ползать
стекающее по пальцам мороженое
прогрессирующая близорукость
мигрень
чао белла
"нам, "русским", за границей иностранцы ни к чему"
"давайте сфотографируемся с голым мужиком с платком"
"облюба" и "залюбовье"

Линор отожгла.
нахожусь сейчас в тесном кругу людей, о которых идет речь.
уж было сама порывалась как-то выговориться, но Линор это сделала за меня. частично.

а вот еще хорошее начало для постмодернистского романа, перекликающееся с толстовским "все счастливые семьи...." :
"Отечественная литература всегда учила нас поощрять безоглядные страсти, а отечественная история учила превыше всего ставить предусмотрительную осторожность. В результате у нас сложилось четкое впечатление, что человеку приличному положено испытывать безоглядную страсть, но проявлять при этом предусмотрительную осторожность. Обратные примеры вызывают восхищение, смешанное с желанием дать полезный совет: ну мы бы на их месте, конечно... Нет, страсть — великое дело, но мы бы на их месте... Короче, мы бы на их месте так не вляпались". 
Вляпываться.... carpe diem "по-русски". 

Ice white shot

вот приду к директору Пушкинского музея, рвану тельняшку на груди, зальюсь слезой и скажу:
- А ну берите меня смотрительницей в зал с Моне или Ван Гогом, а то вам же хуже будет!
А он промолчит так, понимающе, достанет бутылку коньячку из шуфлядки, нальет, а потом вкрадчиво скажет:
- Рано ты, девка, по наклонной-то пошла. Утрись и одумайся! Авось еще на что другое сгодишься.
и пойду я волоча свое бренное тело мимо Храма Христа-Спасателя на все четыре стороны, прочь от Моря в Сен-Мари.

У меня замечательная френдлента -
цветы, котики, разрубленные топорами люди (Иран), живопись, и снова много пушистых котиков и изувеченных иранцев. И еще фотографии очень красивых девушек, немного философии, немного поэзии.
Прямо как в жизни.
Спасибо, друзья.